«Беда. Чернобыль. Человек»

– под таким названием в Мошковском краеведческом музее прошел Час Памяти для учащихся Мошковской школы №1. Ребята познакомились с выставкой «Место подвига – Чернобыль» и пообщались с Алексеем Ивановичем Давыденко, председателем Мошковского отделения «Союза «Чернобыль».

…Звучал Гимн чернобыльцев, и с первой фразы: «Будем жить, мужики…» – ребята встали.

Экскурсовод Лидия Козликина рассказала школьникам о наших земляках, вступивших в бой с невидимым врагом 38 лет тому назад. Они были в числе 600 тысяч граждан, которые стали ликвидаторами последствий техногенной катастрофы на Чернобыльской АЭС.

На севере Украины, в 11 км от границы с Республикой Беларусь, в 18 километрах от древнего города Чернобыль, было выбрано место для этой атомной станции. Живописное место в восточной части белорусско-украинского Полесья на берегу реки Припять. Красивые леса, плодородные земли. Вода в Припяти коричневатая, видимо, потому, что вытекает из торфяных полесских болот. Берега тихие, песчаные, поросшие молодым сосняком. В 3 км от станции – городок атомных энергетиков Припять, биография которого начинается 4 февраля 1970 года, когда строителями был вбит первый колышек и извлечен первый ковш земли для строительства фундаментов. Выбор места расположения города был наиболее оптимальным, поскольку рядом были железнодорожная станция, автотрасса, река. Местность, окружающая атомную электростанцию, максимально удалена от городских комплексов. Именно поэтому для рабочих и был построен в трёх километрах от Чернобыльской АЭС, самой крупной атомной станции нашей страны, особый, доступный только им, город, в котором было около 49 тысяч жителей.

Через 3 минуты после случившегося, сработала пожарная сигнализация. А еще через 2 минуты прибыл дежурный караул станции, по тревоге прибыли пожарные из города Припять. Началась страшная борьба с ревевшим пламенем крыши третьего энергоблока, на 30-ти метровой высоте. Ни один не остался в замешательстве. Зная, на что идут, они пошли все, без исключения.

Прибыла на пожар команда пожарников из соседнего города. В это время огонь был уже на крыше машинного зала. Шла 6-я минута тушения пожара. Отступить – означало подставить людей под угрозу, предать. Остаться – означало спасти их ценой собственной жизни. Борьба со стихией шла на высоте 27-70 метров. А внутри помещения 4-го энергоблока тушением занимался дежурный персонал станции.

Через 10-15 минут борьбы людям становилось плохо. Их тошнило, кружилась голова, но они не уходили. Падали на колени, но поднимались, вновь шли в атаку на огонь. 2 часа 10 минут – сбит огонь на крыше машинного зала, но продолжает гореть крыша реакторного зала. 2 часа 30 минут – подавлен огонь на крыше реакторного отделения. На третьем часу пожара адский жар заставил снять маски, плавилась обувь, одежда пожарников, руки покрывались ожогами, но еще страшнее была радиация – невидимый страшный враг.

Приехали пожарные из Киева и других областей Украины. Огонь не должен был распространяться на другие энергоблоки Чернобыльской АЭС. Пожар надо было остановить, и люди сделали это. 4 часа 50 минут – огонь, в основном, локализован. 6 часов 3 минуты – пожар ликвидирован.

Погибли все, но за плечами у каждого были дети, жены, матери, близкие, весь отчий край, которые они заслонили собой…

Ребята увидели кадры кинохроники из фильмов «Взрыв», «Эвакуация», «Очистка крыши», «Вертолётчики», которые дополнили рассказ Лидии.

Подвиг пожарных, вертолетчиков был на виду. Но были еще тысячи людей, которые, рискуя жизнями и здоровьем, защитили сотни тысяч людей от пагубного воздействия и дальнейшего распространения радиации ценой своего здоровья и даже жизни боролись с последствиями аварии. Солдаты, увязая в расплавленном битуме, скидывали с крыши энергоблока куски графита, ядерного топлива. Десятки тысяч людей вывозили в могильники радиоактивные почву, лес, даже дома и здания.

Среди них были и жители Мошковского района. Ликвидаторы – люди обычные, живут так же, как и остальные. Отличны лишь тем, что через их жизни прошёл Чернобыль. Мошковские ликвидаторы: П. И. Вада, Г. М. Григорьев, А. И. Давыденко, А. В. Корнилаев, С. Н. Ерашов, Ю. А. Лукьянов, В. И. Рассихин, В. А. Шальков, Н. П. Левченко, В. И. Полупопов, В. И. Фролов, Н. В. Колесников, В. Х. Макаревич, В. Н. Дернов, В. Н. Сырцов и другие.

Им не дано было увидеть тот прекрасный, юный город, который существовал ранее. Их встретили пустынные улицы, мёртвые дома, рыжий лес… Ноги отказывались ступать на эту землю. Казалось, что здесь даже воздух отравлен. Но наши ликвидаторы, несмотря на ощущение опасности, выполняли поставленные перед ними задачи и тем самым спасали Отечество, подарили жизни последующим поколениям.

Николай Петрович Левченко, ликвидировал последствия аварии с января по апрель 1987 года. Награждён орденом Мужества. Воспоминания Николая Петровича: «Зима 87-го была снежная, холодная. Приходилось проводить дезактивацию, долбить, снимать бетон со стен зданий. Под 4-м реактором нас закатывали на тележках в низкие проходы. Лёжа на спине, мыл стены. Занимался вырубкой погибшего леса, который вывозили в «могильники». На КРАЗе-256 вывозил в «могильники» радиоактивный мусор: грунт, бетонные обломки. Через две недели мою машину списали – она уже не подлежала обработке. Потом на ЗИЛе возил людей из части до АЭС. Работал на очистке крыши реактора – по 15 секунд 3-4 раза в день. Перебрал допустимую дозу облучения, и последние недели находился в части…».

Орденом Мужества награждён Юрий Александрович Лукьянов, который был водителем-химиком, 40 раз побывал на станции, из них 18 раз – на крыше реактора, возле трубы. Ликвидаторы жили в палатках. Запомнились пустующие вокруг города деревни.

Николай Васильевич Колесников работал бетонщиком. Бетон наливали в целлофановые мешки и носили на объект. Успевал бросить две-три лопаты бетона…. Бетонировал саркофаг… Вспоминал: в садах ветви ломились от фруктов, но есть плоды было нельзя…

На очистке крыши реактора работал и Валерий Николаевич Сырцов: «Один раз задержался на несколько секунд на крыше – помогал напарнику, потом две недели писал объяснительные…». О последствиях они тогда не думали. Запомнились цветущие деревья – почти не видно было листвы, местные говорили, что никогда не видели такого цветения. Поражали листья берёз – размером с хороший блин…

Радиационный фон на крыше реактора был настолько высокий, что японские роботы заклинивало. Виктор Харитонович Макаревич вместе с другими сбивал с крыши битум, скидывал его на землю. А потом пришлось заниматься дезактивацией школы…

Сергею Николаевичу Ерашову чернобыльский период жизни запомнился «сплошным мытьём, от которого лопалась кожа на пальцах. Мыли заражённую технику и саму трассу, по которой день и ночь шли со станции мимо пустых деревень колонны машин, вывозивших заражённый грунт, вырубленные кусты и деревья – всё, подлежавшее захоронению. Потом «пустые машины мыли до бесконечности. Сцепив на шлангах потрескавшиеся пальцы, стараясь смыть невидимую смерть…»

Затаив дыхание слушали ребята воспоминания Алексея Ивановича Давыденко. Настолько образно, проникновенно, просто и доступно, честно рассказывал он не только о своей работе ликвидатора, но и о братстве людей, которых сплотила опасность.

Мужество ликвидаторов сделало возможным сооружение специального укрытия – саркофага. Это бетонное строение накрыло аварийный реактор и значительно уменьшило утечку радиоактивных веществ. Строительство саркофага началось в июле, через 2 месяца после взрыва, и закончилось в ноябре 1986 года.

Ущерб от Чернобыльской аварии, сказал Алексей Иванович, несопоставим с «обычной», неядерной, промышленной или транспортной катастрофой. Ведь вся тяжесть последствий «обычной» аварии падает на тех, кто в момент катастрофы находится рядом с опасным объектом. А от Чернобыля пострадал весь мир. Взрыв реактора на Чернобыльской АЭС, по выбросу радионуклидов, равноценен 50 сброшенным на Хиросиму атомным бомбам. 29 апреля 1986 года высокий радиационный фон был зарегистрирован в Польше, Германии, Австрии, Румынии, 30 апреля – в Швейцарии и Северной Италии, 1-2 мая – во Франции, Бельгии, Нидерландах, Великобритании, Северной Греции, 3 мая – в Израиле, Кувейте, Турции…

Заброшенные на большую высоту газообразные и летучие вещества распространялись глобально: 2 мая они зарегистрированы в Японии, 4 мая – в Китае, 5 – в Индии, 5 и 6 мая – в США и Канаде. Радиоактивные следы достигли впервые атмосферы Новосибирска на 5 день после аварии – в ночь с 30 апреля на 1 мая 1986 года.

Уровень содержания радионуклидов в атмосфере был превышен в 100 раз. И лишь в мае 1990 года практически закончилось вымывание чернобыльских радиоактивных частиц из атмосферы города. И многие поколения в будущем, также, как и мы сейчас, будут вынуждены бороться с последствиями той аварии.

Идут годы. Мертвыми стоят на земле города Чернобыль, Припять. В них – памятники, деревянные кресты, у подножий которых написано: «Люди добрые, поклонитесь тем, кто никогда, ни в радости, ни в горе, не вернется на эту землю!». Пустыми стоят дома с черными глазницами окон, каждую весну буйно цветут чернобыльские сады и осыпают плодами яблок, груш плодородную, но отравленную чернобыльскую землю.

Подвиг ликвидаторов никогда не будет забыт. Горько осознавать, что с каждым годом этих героев становится меньше. Давайте помнить о тех, кто своей жизнью остановил эту трагедию!

Дети и взрослые почтили память погибших в радиационных катастрофах минутой молчания.

Людмила Гореликова