За свои слова и поступки надо отвечать – так воспитали родители

Каждый год с замиранием сердца жители нашего района приходят на митинг, посвященный Победе 9 мая 1945 года. Вспоминается, как еще несколько лет назад мошковчане стоя приветствовали ветеранов Великой Отечественной войны. Наши герои, многим из которых уже трудно было идти, с гордостью несли красное Знамя Великой Победы. И в те минуты сердце щемило особенно…

Год от года ветеранов становится меньше. И всякий раз, когда нам приходится общаться со свидетелями той войны, хочется как можно больше запомнить об их подвиге.

Хранятся в архиве редакции воспоминания мошковчанина Ивана Самуиловича Дубинкина. Мы встречались с ним в 2011 году.

По-сибирски крепкий и красивый ветеран. «Вот как в такого красавца было не влюбиться!», – говорила тогда его жена Зинаида Ивановна.

Сегодня Иван Самуилович в бесконечно длинном списке «Бессмертного полка» и в нашей памяти.

«У нас такой народ: если Родина в опасности – значит, всем идти на фронт. Когда началась Великая Отечественная война в строй вставали не только взрослые мужчины, но и юнцы, которые нередко подправляли себе метрики и становились старше по исправленным документам», – вспоминал Иван Самуилович.

Он был призван в армию в 17 лет. Шел 1944 год. Старшего брата Алексея семья потеряла еще в начале войны. Получили письмо от однополчан, которые написали о трагедии. Алексей был летчиком и не вернулся с последнего задания.

Отец не терял надежды – писал запросы. Но однажды в их дом пришел человек из военкомата и с сочувствием к родительскому горю объяснил: самолет Алексея, предположительно, подбили, и он вряд ли смог спастись. Старший сын считался пропавшим без вести где-то на Черном море… 

Не успели смириться с утратой одного сына, как подошла очередь младшенького Вани. Отец с матерью надеялись, что война закончится раньше, чем сын повзрослеет. Но вот уже и Иван в солдатской форме.

Парня сразу зачислили в учебную роту младших командиров. После нескольких месяцев тренировок и занятий из новобранцев сформировали эшелон для отправки на западный фронт. Отъезда ждали со дня на день, но неожиданно получили другой приказ – на восток.

«Мы все, кто воевал на восточном фронте, называем себя восточниками»,– вспоминал Иван Самуилович.

Поезд с ребятами остановился в Монголии. Солдаты вышли из вагонов. Вокруг ни деревца, ни травинки – один песок. Бойцам предстояло пройти в сторону границы по степи 360 километров, а, чтобы передвижение не было видно врагу, шли только ночью. Днем, замаскировавшись, спали на горячем обжигающем песке. То, что враг рядом, понимали: то и дело натыкались на незахороненных погибших солдат и раскуроченную технику.

Когда пополнение прибыло в пункт назначения, сразу стали готовить себе землянки. Их рыли в песке, сверху натягивали маскировочные палатки. Такое же укрытие они подготовили и для танков.

Техники у наших бойцов было достаточно, но зачастую она просто вязла в песке и ее приходилось тащить в прямом смысле слова на руках, а жара стояла до 50 градусов.

Как-то сибиряк обратил внимание на офицеров, что-то бурно обсуждавших, и подошел к ним. Они только посмотрели на крепко сложенного парня и сразу предложили пойти к ним в разведку. Иван согласился. Вот так за пару минут он из младших командиров стал рядовым разведчиком.

Командование его уговаривало: мол, командиров не хватает, да и разведчики первыми попадают под пули… Но наш земляк на уговоры не поддался, ведь он слово дал, а за свои слова и поступки надо отвечать – так его родители воспитывали.

Ко многому приходилось привыкать бойцу, многому приходилось удивляться. Как-то разбомбили вражеский склад с продуктами и обнаружили там консервы из… лягушек. Но наши солдаты как-то к картошечке больше привычны.

Вспоминал ветеран, как, выполняя очередное задание, их разведгруппа наткнулась на огромное поле, усыпанное телами наших ребят и искореженными танками. Самураи подчас вырезали целые взводы, никакие часовые не спасали: враг подкрадывался тихо, незаметно. Не знали воины, ложась спать, проснутся завтра или нет, но об этом старались не думать.

Много у противника было хитростей. «Посмотришь: вроде бы, степь чистая, нет никого, а они себе ячеек в песке нароют, устроятся с полным провиантом, запасом патронов и отстреливают наших ребят», – вспоминал Иван Самуилович. – «Как-то мы одного такого заметили. А заметили как? Он прежде убил нашего товарища, и мы по тому, как шелохнулась сухая былинка, определили, где стрелок засел…»

Ивана Самуиловича можно считать рожденным под счастливой звездой. Как-то он сидел в кузове машины, а вражеский самолет начал бомбардировку. Иван и понять ничего не успел, как снаряд перелетел через машину и взорвался недалеко от неё. Осколком тогда его ранило в ногу. Благо, ранение оказалось не опасным.

Но в медсанбат Ивана забрали, а он при первом же удобном случае сбежал. Нашел своих и был счастлив от того, что опять в строю, опять с товарищами.

А через несколько дней узнал, что сразу после его побега на медсанбат напали самураи и вырезали всех врачей и раненых. Случайно осталась живой лишь одна женщина, которой удалось спрятаться под телегой. Самого же Ивана посчитали тогда погибшим. Не сбеги он – так бы оно и было…

И пошел Иван дальше дорогой войны: переправлялся с однополчанами через сумасшедшею реку Хинган, толкал вместе с другими по горам машины, хоронил погибших друзей и не знал, что самого его ждет за первым поворотом. Случалось, наши одерживали верх над врагом, но иногда и им приходилось туго, особенно от внезапного набега конниц. Но и тут прорывались…

А потом внезапно наступило затишье. Уставшим солдатам даже фильм привезли посмотреть. Было это второго сентября. Этим же вечером ребята узнали, что войне пришел конец. Какой тут фильм?! Столько радости было. Небо покраснело от ракет – такой салют устроили победители!

Демобилизации ждали с нетерпением. Столько лет не были дома! Счастливые от того, что скоро смогут обнять своих родных, возмужавшие за столько лет на войне и службе солдаты отправились в родные края. На одной из остановок, недалеко от вокзала, увидели березки возле памятника. Бросились к ним – каждому хотелось прикоснуться к кудрявой красавице, погладить её шершавую кору, обнять и прижаться щекой, сказать, что живы, что дома… Те березки были символом нашей Родины, по которой бойцы стосковались ничуть не меньше, чем по родным…

Не раз тогда пришлось кричать приказ начальнику поезда: «По вагонам!». Но его никто не слышал.

В Новосибирске Иван Самуилович пересел на пригородную. Когда доехал до своей станции, то какое-то время стоял в тамбуре и не мог осмелиться, чтобы выйти. Привыкнув за столько лет ходить по песку, солдат просто боялся наступить на землю. Какими-то непривычно узкими казались ему улочки поселка…

И тут Иван увидел спешивших к нему навстречу отца и маму, вытиравшую на ходу слезы… Иван кинулся в объятья этих самых дорогих и родных людей, и троица замерла посреди улицы, прильнув друг к другу…

Но это уже другая история. История мирной жизни. Подвиг земляка навеки будет в нашей памяти, в архиве районной газеты, музея, области и страны…

Марина Евгеньева